ЗА ЧТО ОСУЖДЕН БОРИС СТОМАХИН?
(комментарий к приговору)Кирилл Подрабинек
20 ноября 2006 года федеральным судьей Бутырского районного суда г. Москвы Ишмуратовой Л.Ю. был вынесен приговор в отношении Стомахина Бориса Владимировича, обвиненного в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 282, ч. 2 ст. 280. УК РФ. Борис Стомахин приговорен к пяти годам лишения свободы в колонии общего режима.
Часть 2 статьи 280 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности с использованием средств массовой информации.
Часть 1 статьи 282 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства. Под диспозицию статьи подпадают действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, совершенные публично или с использованием средств массовой информации.
Приговор юридически несостоятелен и маловразумителен. В самом начале его описательно-мотивировочной части указывается, что Стомахин Б.В. «причислял себя, ориентировочно с лета 1998 года, к членам неформального либерально-демократического движения «Революционного Контактного Объединения», в нарушение требований Федерального Закона Российской Федерации № 114-ФЗ от 25.07.2002 г. «О противодействии экстремистской деятельности» активно осуществлял деятельность в интересах вышеуказанного Объединения, по организации выпуска ежемесячного, то есть периодического, печатного издания — информационного бюллетеня «Радикальная политика», возложив на себя решение вопросов по его производству на всех этапах, то есть выступая в качестве редакции (главного редактора) и издателя бюллетеня». Следует отметить, что здесь не указано, в нарушение каких именно «требований Федерального Закона» (с конкретными ссылками на его положения) действовал обвиняемый. При этом обвиняемый привлекается к уголовной ответственности по конкретным статьям УК РФ. В чем же суд усматривает противозаконность действий Стомахина?
Как следует из приговора, «издавая вышеуказанный бюллетень от имени и в интересах РКО, не разделяя общепринятые взгляды относительно принципов создания, деятельности и направлений развития Российской Федерации — демократического федеративного правового государства с республиканской формой правления, его политического курса, имея намерение лично противостоять организационной структуре общества, государству, общепризнанным нормам, подтвержденных Конституцией РФ, таких как: гуманность, плюрализм идеологий и многообразий наций, свобода выбора языка общения, воспитания, обучения и творчества, совести, вероисповедания, верховенства прав и свободы личности, их охрана со стороны государства, умышленно неверно толкуя смысл частей 1, 4 и 5 статьи 29 Конституции РФ, которой провозглашается свобода мысли и слова, свобода массовой информации и право свободного поиска, получения, передачи, производства и распространения информации, игнорируя запреты, установленные частями 2 и 3 данной статьи Конституции РФ относительно пропаганды или агитации, возбуждающих социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть или вражду, в том числе путем пропаганды превосходства по признаку социального, расового, национального происхождения, отношения к религии, языку, Стомахин Б.В. выражал в публикациях свое отражающее протест антиконституционное поведение, придавая им негативную и отрицательную эмоциональную краску, ориентируя читателей на выражение крайностей разворачивающихся политических процессов, абсолютизируя внешнюю сторону явлений, высказывал неполноценность православной религии, полагая тем самым возмутить общество и призвать его в последующем к изменению существующего государственного строя страны».
Итак, приговор совершенно недвусмысленно разъясняет, за что осужден Борис Стомахин — за инакомыслие. Суд, со всеми своими многочисленными претензиями на глубокомысленность («негативная и отрицательная эмоциональная окраска», «абсолютизируя внешнюю сторону явлений» и т.п.), совершенно не стесняется усматривать вину подсудимого в том, что тот не разделял общепринятые, по мнению суда, взгляды. И о какой беспристрастности суда может идти речь, если им присваивается право решать, какие взгляды (не деяния!) правильные, а какие нет? Вообще стилистика приговора Стомахину удивительно напоминает стилистику приговоров по политическим делам в СССР: за антисоветскую пропаганду и агитацию, за «распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественным строй». Впрочем, быть может, в таком сходстве ничего удивительного и нет…. И применяемый судом метод тот же самый: мол, если у вас неправильные взгляды на демократию, мы вас за это и осудим — во имя демократии. При этом суд даже не пытается вспомнить о содержании статьи 280 УК РФ, устанавливающей ответственность не за публикации, «ориентирующие читателей на выражение крайностей разворачивающихся политических процессов», а за публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности. О призывах здесь ни слова. Единственно, делается предположение, что обвиняемый полагал возмутить общество и призвать его в последующем к изменению существующего государственного строя страны. Каких-либо доказательств таких намерений обвиняемого «призвать в последующем» в приговоре не содержится. Но в соответствии с ч. 4 ст. 14 и ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. Кроме того, в законе «О противодействии экстремистской деятельности» (ст. 1 — Основные понятия) под экстремизмом понимается деятельность, направленная на насильственное изменение основ конституционного строя Российской Федерации. Само по себе изменение государственного строя страны, а тем более желание такого изменения — законное право граждан. Делая предположения о намерениях обвиняемого, суд даже не удосуживается вспомнить им же, судом, упоминаемый «Закон о противодействии экстремистской деятельности». Суд может и даже должен рассматривать мотивы действий обвиняемого. Но цитируемый выше фрагмент приговора скорее объясняет мотивы действий суда. И становится понятным, что, вынося приговор Борису Стомахину, суд руководствовался политическими мотивами.
Какие же конкретные эпизоды вменяются в вину Борису Стомахину?
«Одновременно появляясь в общественных местах города Москвы, при наибольшем скоплении народа, учитывая многонациональный характер населения города и наличие значительного числа граждан стран ближнего и дальнего зарубежья, Стомахин Б.В. ежемесячно распространял информационный бюллетень «Радикальная политика» лично и через неустановленных следствием лиц, путем продажи за деньги, доступные по своему размеру для всех слоев граждан, а также безвозмездно передавая бюллетень лицам, заинтересованным в получении данного издания, одновременно предлагая им подписаться на данное периодическое издание, чем добивался распространения среди общественных масс, взглядов и идей, изложенных в вышеуказанном печатном издании, пытаясь придать остроту усложнившейся в стране проблемы проявления конфликтов на почве расовой, этнической и религиозной нетерпимости».
Если преодолеть многословные, маловразумительные обороты вышеприведенного отрывка приговора, то вырисовывается следующая картина. Борис Стомахин распространял свои взгляды с помощью печатного издания. Это его законное право. В обществе существуют конфликты на почве расовой, этнической и религиозной нетерпимости. На вкус суда, публикации по этим проблемам у Бориса Стомахина слишком острые. Суду хотелось бы, очевидно, попреснее. Несоответствие вкусам суда — одно из оснований приговора.
Непосредственно далее следует: «Создавая статьи отдельных выпусков и бюллетеня, Стомахин Б.В. использовал такие приемы, как задание заголовка, искажающего смысл следующего за ним материала (в том числе и перепечатываемого из других источников); тематика, касающаяся России как государства, в связи с событиями в Чеченской Республике представлялась читателям как война двух государств — Российской Федерации и Чеченской Республики».
Тут судья Ишмуратова опять недовольна литературными приемами Бориса Стомахина и ставит их ему в вину. И, наконец, говорит относительно главной причины его осуждения. Протест против войны в Чечне — основное содержание и публицистики Бориса Стомахина, и его деятельности. За это он и осужден. Многочисленные судейские ссылки на якобы доказательства лишь рельефнее это подчеркивают. Читаем дальше. «Отражая в своих публикациях сведения, происходящие в стране, связанные с боевыми действиями в Чеченской Республике, а также произошедшие террористические акты на территории России, Стомахин Б.В. одобрял преступников и террористов, действия которых направлены на уничтожение русского народа, как нации. Так, упоминая в бюллетене «Радикальная политика» № 1 (27) за январь 2003 года, лицо, причастное к террористической и экстремистской деятельности Салмана Радуева, Стомахин Б.В. напечатал: «Салман Радуев воевал с Россией до последнего, не идя с убийцами своего народа ни на какие компромиссы. Его жизнь — пример того, как надо воевать с Россией. Салман Радуев — это ярчайшая страница героического чеченского сопротивления. Он был героем поколения, и не только в Чечне, но и в самой России. Его жизнь и смерть — гарантия того, что проклятая имперская Россия будет уничтожена, а чеченцы и все остальные оккупированные ею народы получат наконец свободу. Мы отомстим за тебя, Салман».
На каких основаниях, спрашивается, суд отождествляет русский народ как нацию с имперской Россией? Такое отождествление как раз и унижает русский народ, и впору заводить уголовное дело по ст. 282 УК РФ в отношении самого судьи. И какое отношение имеет вышеприведенный отрывок из публикации Бориса Стомахина к инкриминируемому ему деянию? Ни призывов, ни унижения национального достоинства в отрывке не содержится. Как не содержится и в других цитируемых судом отрывках из публикаций Бориса Стомахина. В приговоре: «В этом же номере бюллетеня в публикации «Чечня заслонила собою Кавказ…», вновь упоминая лиц, причастных к террористической и экстремистской деятельности: Масхадова, Басаева, Хоттаба, Стомахин Б.В., используя выражения и эпитеты, направленные на формирование положительного мнения относительно указанных лиц и их противоправной насильственной деятельности, утверждал: «Басаев, Хаттаб и другие герои чеченского сопротивления, мужественно и твердо встав на пути российской агрессии, фактически спасли независимость и само существование не только Чечни, но и остальных государств Кавказа».
Опять-таки — «утверждал», по выражению суда. Глагол «призывал» в обоснование ст. 280 УК содержится в приговоре лишь два раза. «Так, в публикации «Невменяемость Буданова — залог победы Басаева. Заявление Революционного Контактного Объединения», размещенном в бюллетене № 1 (27) за январь 2003 года, Стомахин Б.В. призывал: «Пусть же десятки новых чеченских снайперов займут свои места на горных склонах и в городских развалинах и сотни, тысячи агрессоров падут от праведных пуль! Никакой пощады! Смерть российским оккупантам!».
Прямого призыва стрелять в российских оккупантов («пусть же») здесь не содержится. Да и стрельба в российских оккупантов совершается и без всяких призывов со стороны российских публицистов. Тут необходимо вспомнить ч. 2 ст. 14 УК РФ: «Не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности».
И если уж приговаривать человека к пяти годам лишения свободы за фразу, то, по крайней мере, суду не следует растворять эту фразу во множестве других, не имеющих отношения к делу. Такое «растворение» носит в приговоре тотальный характер. «В информационном бюллетене № 3 (41) за март 2004 года Стомахин Б.В. на первой странице разместил утверждение: «Зелимхан Яндарбиев погиб как герой и будет вечно в памяти человечества, в памяти историков и благодарных потомков. Он нанес кровавой Русне столько ударов, сколько смог», а также в публикации «Расплата за геноцид»: «Взрыв в московском метро оправдан, естественен и законен… Чеченцы имеют полное моральное право взрывать в России все, что захотят, — после того, что с ними сделала Россия и русские, никакие возражения о гуманизме и человеколюбии не принимаются». И снова, как констатирует суд, — «разместил утверждение». И снова — из приговора: «В текстах публикаций Стомахина Б.В. содержались позитивные установки в отношении взрывов в России, которые устраиваются чеченцами-террористами, а также в отношении действий чеченских снайперов из банд-формирований, убивающих различными способами российских военнослужащих, находящихся на территории Чечни». Опять-таки — «позитивные установки». Именно в утверждениях и установках суд усматривает вину подсудимого.
Из приговора: «Действия России квалифицируются Стомахиным Б.В. как агрессия, российские войска считаются оккупационными, а российские военнослужащие — оккупантами. Соответственно, действия России, российских войск и российских военнослужащих оцениваются отрицательно, при этом также отрицательно оцениваются сама Россия как государство, российская армия как государственная структура и российские военнослужащие как социальная группа. С другой стороны, события в Чеченской республике представлены как война России против чеченского народа. Так в публикации «Из интервью М. Удугова агентству «Кавказ-центр» по поводу акции героических чеченских повстанцев Мовсара Бараева в Москве», напечатанной в информационном бюллетене «Радикальная политика» № 1 (27) за январь 2003 года, Стомахин Б.В. публично оценивал: «Россия наглядно продемонстрировала, что она находится в состоянии войны и подвергается перманентной опасности нанесения ответного удара возмездия из-за того, что ее правители совершили подлую агрессию против суверенного государства и убивают ни в чем не повинных мирных граждан этого государства. Даже западное сообщество вынуждено признать, что путинская Россия ведет войну на физическое истребление чеченцев как этноса». И снова «оцениваются», «оценивал».
И далее: «В информационном бюллетене № 23 (41) за март 2004 года в публикации «Расплата за геноцид» Стомахин Б.В. утверждал: «10 лет нынешняя Российская Федерация и ее народ ведут тотальную, геноцидную, истребительную войну против чеченского народа, насчитывающего до войны всего миллион человек…». Снова «утверждал», и далее — «утверждал», и, для разнообразия, «Стомахин Б.В. указал». Суд неукоснительно придерживается одного метода: перечислить критические оценки подсудимым действий государства и его структур, а затем выдать их, оценки, за преступное деяние, подверстать к статьям УК. Попытки, конечно, бесполезные — с непредвзятой юридической точки зрения. Нет смысла их все здесь приводить. Остановимся на главных, узловых моментах приговора. Глагол «призывал», в обоснование ст. 280 УК, второй раз встречается в приговоре в виде: «В бюллетене «Радикальная политика» № 9 (35) за сентябрь 2003 года Стомахин Б.В. в публикации «Чеченский синдром навыворот» призывал: «Именно кровавое, людоедское зверство этого государства на наших глазах над маленьким и беззащитным горным народом впервые заронило в наше сознание эту мысль: Россия должна быть уничтожена навеки, государство, позволяющее себе устраивать подобное над целыми народами, не должно существовать вообще!». Есть ли здесь призыв к экстремистской деятельности? Во-первых, говорится о мысли, запавшей в сознание. Во-вторых, Россия как государство, а именно об этом и идет речь, может быть уничтожена и без насилия. В-третьих, смысл фразы — в историческом долженствовании, а не в призывах уничтожать.
В приговоре: «В комментариях «От редакции» к Декларации Комитета «2008: Свободный выбор», напечатанном в бюллетене № 2 (40) февраль-март 2004 года на странице 8, Стомахин Б.В. разместил негативные установки в отношении существующего государственного строя и Российского государства: «Мы — РКО и «Радикальная политика» — солидарны с Комитетом и готовы с ним сотрудничать. Разумеется, мы намного радикальнее их. Мы за то, чтобы не ждать до 2008 года и не особенно озабочиваться конституцией, а звать народ свергнуть и ликвидировать путинский режим как можно скорее. И мы вообще не видим возможности сохранения нынешней РФ как единого государства. Но мы за общий фронт со всеми нашими союзниками, даже и более умеренными». Выраженная им, Стомахиным Б.В. в тексте установка на ликвидацию существующего государственного строя («путинского режима») предполагает не только действия в рамках существующей Конституции, но и возможность выхода за эти рамки («свергнуть режим, не особенно озабочиваясь конституцией)». Здесь суд снова подменяет понятия, отождествляет путинский режим с государственным конституционным строем. Хотя уже по самому определению никакой персональный режим не может умещаться в рамки действующей Конституции. Но при этом суд считает преступным «не особенно озабочиваться конституцией» и «предполагать … возможность выхода за эти рамки» со стороны Бориса Стомахина. Кто, чем и до какой степени озабочивается — личное дело каждого. И за предположения у нас, кажется, еще не судят. Или уже судят? Главное, что конституционный строй не должен подменяться путинским режимом, а свергнуть последний не призывается вооруженным путем. Это совершенно недвусмысленно вытекает из следующего фрагмента приговора: «В публикации «Возмездие-2» того же бюллетеня в качестве действий, направленных против государства и существующего в России государственного строя, в текстах «Радикальная политика» Стомахин Б.В. назвал: организацию митингов, посвященных событиям в Чеченской Республике, участие в них (прошлом и настоящем), написание надписей на стенах домов, заборов и автобусных остановках…». О каких же лозунгах идет речь в тексте Бориса Стомахина? Да вполне законных — о бойкоте выборов. «Про писание надписей на стенах домов, заборах и автобусных остановках городов тоже не раз шла уже речь — это дело настолько важное, нужное и полезное, что трудно переоценить. Сегодня, вплоть до самого 14-го, бить можно и нужно в одну точку, упорно и с даром: «Рабы, станьте хоть на миг свободными, не ходите на фальшивые «выборы»! Ограниченный круг революционеров, правозащитников, экстремистов, радикалов и маргиналов не надо агитировать — он уже давно сам знает не первый год. Каждое прямое и открытое обращение во вне, к народу, к не политизированным пожирателям шабалкинско-вешняковской тележвачки — это открытый, мощный удар по режиму, приближающий его (режима) конец». И тут уже сам суд добавляет: «Также Стомахиным Б.В. предполагались и другие формы противоправных действий против государства и государственного строя в текстах бюллетеней, однако они, им, Стомахиным Б.В., не конкретизированы». Итак, суд считает противоправными, направленными против государства и государственного строя такие действия, как гарантируемые ст.ст. 29,31 Конституции РФ реализацию свободы слова и проведение митингов. И каким образом суд догадался, что другие, не конкретизированные Борисом Стомахиным действия — тоже противоправные?
Что же еще вменяется в вину подсудимому? «В текстах бюллетеней «Радикальная политика» Стомахиным Б.В. целенаправленно размещалась информация, побуждающая вести списки таких действий, как «зачистки», «проверки паспортного режима», «контртеррористические операции», «незаконные обыски и политические уголовные дела» — все эти действия квалифицированы Стомахиным Б.В. как «преступления», а лица, совершившие эти действия, обозначены как «палачи в форме» и «стукачи без формы». В частности в публикации «Возмездие-2», бюллетень «Радикальная политика» № 2 (40) за февраль-март 2004 года Стомахин Б.В. давал установку, пропагандировал и призывал: «Надо копить ненависть и вести списки их преступлений, — бесконечный список из всех этих «зачисток», «проверок паспортного режима», «контртеррористических операций», законов-намордников, незаконных обысков и политических уголовных дел. Хорошо бы вести списки и их самих — кто какое село «зачищал» и кто, какого числа, по чьему доносу какое уголовное дело на кого завел. Из опыта истории известно, что больше всего эти гаврики боятся личной, персональной ответственности, которую не удается свалить на начальство, отдавшее преступный приказ. Наступит день — и палачи в форме, и стукачи без формы, в Москве и в Чечне ответят нам за все». Вполне невинное пожелание — вести списки палачей и душителей. И чего суд так взволновался?
Попытки суда обосновать обвинение по ст. 282 УК также не выдерживают критики. В приговоре утверждается: «Во всех своих изданиях информационного бюллетеня «Радикальная политика» Стомахин Б.В. использовал прием для целенаправленной передачи оскорбительных характеристик, отрицательных эмоциональных оценок, негативных установок в отношении какой-либо этнической, расовой, национальной, религиозной, социальной группы. Так, в отношении России, как государства, в текстах «Радикальная политика» содержатся отрицательные эмоциональные оценки (метафоры: «страшная зловонная бездна», «трухлявая колода»), унизительные характеристики («безмерная подлость, вероломство, патологическая лживость») и негативные установки на уничтожение, метафора «умыться кровью», что свидетельствует о ярко выраженной в тексте статьи установки на кровопролитие. В частности, в публикации «Памяти Салмана Радуева», информационный бюллетень «Радикальная политика» № 1 (27) за январь 2003 года Стомахин Б.В. напечатал: «Чеченские герои уходят…, Дудаев, Атгериев, Хаттаб, и вот сегодня — Радуев. Их словно поглощает, проглатывает страшная, черная, зловонная бездна. И имя этой бездне — Россия; безмерная подлость и вероломство России, патологическая лживость и преступность ее как страны, как цивилизации, как субъекта истории». Итак, суд утверждает, что Борис Стомахин оскорбительно отзывается в отношении какой-либо этнической, расовой, национальной, религиозной, социальной группы. И в качестве примера приводит, по самим же словам суда, характеристики подсудимого «в отношении России, как государства». Да и в публикации подсудимого о России говорится как о стране, цивилизации, субъекте истории. На каком основании суд отождествляет государство с какой-либо «этнической, расовой, национальной, религиозной, социальной группой»? Основание, конечно, очевидное — желание осудить обвиняемого. Для чего суд и использует постоянно прием подмены понятий. Выше уже приводился фрагмент приговора, в котором суд пытается представить военнослужащих российской армии как социальную группу. По логике суда и какой-нибудь высокопоставленный генерал генштаба, с превосходным окладом и служебной машиной, имеющий недурную квартиру в центре Москвы, дорогую иномарку, коттедж в ближнем Подмосковье, оказывается в одной социальной группе с новобранцем по призыву из глухой деревушки, где тот трудился трактористом. С новобранцем, избиваемым в казарме «дедами», вечно голодным и мечтающим о новых портянках. Оказывается, достаточно приказа министра обороны, чтобы им оказаться в одной социальной группе. Следуя логике судьи Ишмуратовой, скоро суды начнут объединять в социальные группы по узко профессиональным признакам. И горе тому, кто посмеет дурно отозваться о работе слесарей ЖЭКов! Что Борис Стомахин критически относится именно к армии как, по крайней мере номинальной, государственной структуре, а не к военнослужащим как социальной группе, видно из следующего фрагмента приговора: «Действуя в достижение своего и своих соучастников замысла Стомахин Б.В. в статье «Невменяемость Буданова — залог победы Басаева», опубликованной в бюллетене «Радикальная политика» № 1 (27) за январь 2003 года оскорбляет сотрудников Российской Армии, правоохранительных органов, призывая действовать в отношении их преступным образом. Так, в данной статье Стомахин Б.В. дал отрицательные эмоциональные оценки военнослужащих Российской Армии как социальной группы: «А ведь такими же Будановыми — маньяками, кровожадными садистами, убийцами и выродками в погонах — заполнена сейчас вся Чечня. Именно из таких всех Будановых состоит вся оккупационная российская армия», и разместил информацию, побуждающую к такому действию в отношении военнослужащих российской армии, как требование немедленного принудительного психиатрического освидетельствования командного состава: «Отныне мы должны требовать немедленного принудительного психиатрического освидетельствования всего командного состава Вооруженных сил, ВМФ, Внутренних Войск, погранвойск, милиции, ФСБ, начиная с капитана и заканчивая Верховным Главнокомандующим — В.В. Путиным». Помимо этого, отрицательные эмоциональные оценки военнослужащих Российской Армии давались Стомахиным Б.В. в публикации «Кремлевские мародеры», подписанной «Али Мержо» с пометкой для «для «Кавказ-Центра», напечатанной в бюллетене № 2 (40) за февраль-март 2004 года на странице 4: «В Чечне российская армия перестала существовать как боевая структура государства, окончательно превратившись в осатаневшую банду мародеров и убийц, опьяненную наркотиками свору». И кто бы подсказал суду, что «отрицательные эмоциональные оценки» не составляют преступления, а только унижающие оценки, если они публично выражены — в отношении социальной группы. Впрочем, в данном случае социальная группа как раз отсутствует. Во-первых, почему суд посчитал требование психиатрического освидетельствования преступным, и само психиатрическое освидетельствование преступным, в отношении людей, для которых насилие и санкционирование насилия — часть их работы? Во-вторых, в тексте Стомахина Б.В. дается оценка не всей российской армии, а только ее части — оккупационных войск в Чечне. И с какой боевой единицы начинается социальная группа — с отделения, роты, дивизии, армейской группировки? Не говоря уже о том, что у Бориса Стомахина речь идет о «боевой структуре государства» и отрицательные высказывания сделаны именно в отношении этой структуры. Кстати, составляют ли преступники социальную группу и можно ли их ругать?
Суд утверждает: «Стомахин Б.В., издавая и распространяя информационный бюллетень «Радикальная политика», действовал с умыслом создания вражды и конфликтов, в том числе вооруженных, возникающих на национальной, расовой и религиозной почве между гражданами, проживающими в евроазиатской части страны и народом, проживающим в кавказской ее части». Суд даже не подозревает, что Кавказ находится не в Африке или Америке, а кавказская часть страны также ее евроазиатская часть. И, кстати, другой, не евроазиатской части страны, африканской или американской, в России пока нет. И все-таки с умыслом создания вражды между кем и кем конкретно действовал Борис Стомахин? И на самом Кавказе, и в других частях страны проживают граждане разных национальностей и вероисповеданий. К примеру, русские живут и в Москве, и в Грозном, а чеченцы и в Грозном, и в Москве. К примеру, и православных, и мусульман можно встретить и на Кавказе, и в Подмосковье. Впрочем, суд сам проговаривается, что Борис Стомахин имел умысел создать уже существующие конфликты. Странная судейская логика…
Странна судейская логика, если это вообще логика, и в других местах приговора. Приведем лишь наиболее яркие из них, где суд хотя бы пытается придать видимость доказательности своим обвинениям. «Так Стомахин Б.В. реализуя цель массового распространения информационного бюллетеня «Радикальная политика», при неустановленных следствием обстоятельствах, действуя лично и через неустановленных следствием лиц, передал информационный бюллетень «Радикальная политика» № 1 (27) и № 2 (35) за 2003 год гражданке Лавровой В.А., которая, ознакомившись с содержанием печатного издания «Радикальная политика», была оскорблена изложенными сообщениями, являющихся аналогичными по своей сути, цели и содержанию, а статью «Православные совсем охренели…» опубликованную в бюллетене «Радикальная политика» за № 1 (27) январь 2003 года, восприняла как унижающую и оскорбляющую всех граждан, исповедующих православие. Стомахин Б.В. в данном материале использовал заголовок с отрицательной эмоциональной оценкой граждан, исповедующих православие («охренели»), вместе с тем, содержание материала статьи не соответствует его заглавию — в этом материале речь идет о единичном случае (содержащемся в брошюре «основы православия» утверждении «Иисуса Христа распяли не евреи, а чеченцы»), который с помощью заголовка обобщен и представлен как типичный для православных».
Итак, неведомым для следствия путем в руки гражданки Лавровой В.А. попадают два номера бюллетеня, и она оскорбляется содержащимися в них сообщениями. В изложении суда не понятно, чему сообщения аналогичны и какова таинственная связь между сутью, целью и содержанием. Суд, считая оскорбительными по религиозному и национальному признакам статьи обвиняемого, приводит в доказательство заголовок одной статьи — «Православные совсем охренели». Действительно, заголовок не слишком удачен. Вместе с тем понятно, что у автора речь идет не обо всех православных, а именно о тех, которые позволяют себе обвинять чеченцев в распятии Христа. Суд сам признает это, указывая, что «содержание материала статьи не соответствует его заглавию».
Характерно, что суд не обратил должного юридического внимания на фразу «Иисуса Христа распяли не евреи, а чеченцы», без сомнения оскорбительную и разжигающую национальную и религиозную вражду.
Другой эпизод из приговора. «Также Стомахин Б.В., примерно в 13 часов 23 февраля 2004 года. Реализуя свой преступный умысел, находясь по адресу: город Москва, Лубянская площадь, возле Соловецкого камня, на не санкционированным в соответствии с действующим законодательством митинге, организованными неформальными политическими партиями, движениями и объединениями, в том числе членами РКО, посвященному 60-летию депортации чечено-ингушского народа, вместе с иными активными неформальных радикальных партий и объединений, в том числе членами РКО, пользуясь освещением данного события в средствах массовой информации, призывал граждан к поддержке его, Стомахина Б.В. движения, путем открытой демонстрации плакатов с содержанием текстов национальной нетерпимости, таких как: «Закаев не террорист, в отличии от Путина и К», «Европа! Не предай чеченское сопротивление», «Русские оккупанты — вон из Чечни!», «Когда будет освобожден и реабилитирован чеченский народ?», и флага «RADICAL PARTY» («РАДИКАЛ ПАТИ»).
Здесь целый букет абсурдных обвинений. Ссылаясь на законодательство, суд называет митинг несанкционированным. Но в соответствии с законодательством принят уведомительный, а не разрешительный порядок проведения митингов и демонстраций (в том числе и на 23.2.2004). Нет такого понятия в законодательстве, как «несанкционированный митинг». Это лишний раз подчеркивает уровень юридической квалификации суда. Далее, что криминального, разжигающего национальную нетерпимость в перечисленных лозунгах? Тем более каким образом флаг Радикальной партии демонстрирует национальную нетерпимость? И, наконец, какой именно плакат демонстрировал обвиняемый? Или он ухитрился демонстрировать их все? К тому же и флаг держал в руках? Об этом в приговоре ни слова.
В соответствии с ч. 1 ст. 5 (Принцип вины) УК РФ «Лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина». В соответствии со ст. 297 (Законность, обоснованность и справедливость приговора) УПК РФ «Приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым».
Доказательств вины Стомахина Б.В. в приговоре не содержится. Есть лишь попытки изобразить такие доказательства судом, как это видно из всего вышеизложенного. Многочисленные рассуждения суда о намерениях обвиняемого, не подтвержденные доказательствами обвинения, список оскорбившихся текстами обвиняемого граждан, цитирование положений закона «О противодействии экстремистской деятельности», заключение «психолого-лингвистической экспертизы» — все это ничего в общей картине не меняет.
Необходимы следующие выводы.
В отношении Бориса Владимировича Стомахина вынесен обвинительный приговор в нарушение ст.ст. 29, 31 Конституции РФ; ст.ст. 5, 14 УК РФ; ст.ст. 14, 297, 302 УПК РФ.
Вынесенный обвинительный приговор Борису Владимировичу Стомахину нарушает его права человека и гражданина.
Приговор Борису Стомахину судом политически мотивирован, и Борис Стомахин является политзаключенным.
Борис Стомахин должен быть освобожден.
Вынося обвинительный приговор Борису Стомахину, судья Ишмуратова Л.Ю. не могла не осознавать, что руководствуется политическими мотивами, нарушает права обвиняемого и положения законодательства РФ.
В соответствии со ст. 305 УК РФ за вынесение заведомо неправосудного приговора судья Ишмуратова Л.Ю. должна быть привлечена к уголовной ответственности.
Часть 2 статьи 280 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности с использованием средств массовой информации.
Часть 1 статьи 282 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства. Под диспозицию статьи подпадают действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, совершенные публично или с использованием средств массовой информации.
Приговор юридически несостоятелен и маловразумителен. В самом начале его описательно-мотивировочной части указывается, что Стомахин Б.В. «причислял себя, ориентировочно с лета 1998 года, к членам неформального либерально-демократического движения «Революционного Контактного Объединения», в нарушение требований Федерального Закона Российской Федерации № 114-ФЗ от 25.07.2002 г. «О противодействии экстремистской деятельности» активно осуществлял деятельность в интересах вышеуказанного Объединения, по организации выпуска ежемесячного, то есть периодического, печатного издания — информационного бюллетеня «Радикальная политика», возложив на себя решение вопросов по его производству на всех этапах, то есть выступая в качестве редакции (главного редактора) и издателя бюллетеня». Следует отметить, что здесь не указано, в нарушение каких именно «требований Федерального Закона» (с конкретными ссылками на его положения) действовал обвиняемый. При этом обвиняемый привлекается к уголовной ответственности по конкретным статьям УК РФ. В чем же суд усматривает противозаконность действий Стомахина?
Как следует из приговора, «издавая вышеуказанный бюллетень от имени и в интересах РКО, не разделяя общепринятые взгляды относительно принципов создания, деятельности и направлений развития Российской Федерации — демократического федеративного правового государства с республиканской формой правления, его политического курса, имея намерение лично противостоять организационной структуре общества, государству, общепризнанным нормам, подтвержденных Конституцией РФ, таких как: гуманность, плюрализм идеологий и многообразий наций, свобода выбора языка общения, воспитания, обучения и творчества, совести, вероисповедания, верховенства прав и свободы личности, их охрана со стороны государства, умышленно неверно толкуя смысл частей 1, 4 и 5 статьи 29 Конституции РФ, которой провозглашается свобода мысли и слова, свобода массовой информации и право свободного поиска, получения, передачи, производства и распространения информации, игнорируя запреты, установленные частями 2 и 3 данной статьи Конституции РФ относительно пропаганды или агитации, возбуждающих социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть или вражду, в том числе путем пропаганды превосходства по признаку социального, расового, национального происхождения, отношения к религии, языку, Стомахин Б.В. выражал в публикациях свое отражающее протест антиконституционное поведение, придавая им негативную и отрицательную эмоциональную краску, ориентируя читателей на выражение крайностей разворачивающихся политических процессов, абсолютизируя внешнюю сторону явлений, высказывал неполноценность православной религии, полагая тем самым возмутить общество и призвать его в последующем к изменению существующего государственного строя страны».
Итак, приговор совершенно недвусмысленно разъясняет, за что осужден Борис Стомахин — за инакомыслие. Суд, со всеми своими многочисленными претензиями на глубокомысленность («негативная и отрицательная эмоциональная окраска», «абсолютизируя внешнюю сторону явлений» и т.п.), совершенно не стесняется усматривать вину подсудимого в том, что тот не разделял общепринятые, по мнению суда, взгляды. И о какой беспристрастности суда может идти речь, если им присваивается право решать, какие взгляды (не деяния!) правильные, а какие нет? Вообще стилистика приговора Стомахину удивительно напоминает стилистику приговоров по политическим делам в СССР: за антисоветскую пропаганду и агитацию, за «распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественным строй». Впрочем, быть может, в таком сходстве ничего удивительного и нет…. И применяемый судом метод тот же самый: мол, если у вас неправильные взгляды на демократию, мы вас за это и осудим — во имя демократии. При этом суд даже не пытается вспомнить о содержании статьи 280 УК РФ, устанавливающей ответственность не за публикации, «ориентирующие читателей на выражение крайностей разворачивающихся политических процессов», а за публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности. О призывах здесь ни слова. Единственно, делается предположение, что обвиняемый полагал возмутить общество и призвать его в последующем к изменению существующего государственного строя страны. Каких-либо доказательств таких намерений обвиняемого «призвать в последующем» в приговоре не содержится. Но в соответствии с ч. 4 ст. 14 и ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. Кроме того, в законе «О противодействии экстремистской деятельности» (ст. 1 — Основные понятия) под экстремизмом понимается деятельность, направленная на насильственное изменение основ конституционного строя Российской Федерации. Само по себе изменение государственного строя страны, а тем более желание такого изменения — законное право граждан. Делая предположения о намерениях обвиняемого, суд даже не удосуживается вспомнить им же, судом, упоминаемый «Закон о противодействии экстремистской деятельности». Суд может и даже должен рассматривать мотивы действий обвиняемого. Но цитируемый выше фрагмент приговора скорее объясняет мотивы действий суда. И становится понятным, что, вынося приговор Борису Стомахину, суд руководствовался политическими мотивами.
Какие же конкретные эпизоды вменяются в вину Борису Стомахину?
«Одновременно появляясь в общественных местах города Москвы, при наибольшем скоплении народа, учитывая многонациональный характер населения города и наличие значительного числа граждан стран ближнего и дальнего зарубежья, Стомахин Б.В. ежемесячно распространял информационный бюллетень «Радикальная политика» лично и через неустановленных следствием лиц, путем продажи за деньги, доступные по своему размеру для всех слоев граждан, а также безвозмездно передавая бюллетень лицам, заинтересованным в получении данного издания, одновременно предлагая им подписаться на данное периодическое издание, чем добивался распространения среди общественных масс, взглядов и идей, изложенных в вышеуказанном печатном издании, пытаясь придать остроту усложнившейся в стране проблемы проявления конфликтов на почве расовой, этнической и религиозной нетерпимости».
Если преодолеть многословные, маловразумительные обороты вышеприведенного отрывка приговора, то вырисовывается следующая картина. Борис Стомахин распространял свои взгляды с помощью печатного издания. Это его законное право. В обществе существуют конфликты на почве расовой, этнической и религиозной нетерпимости. На вкус суда, публикации по этим проблемам у Бориса Стомахина слишком острые. Суду хотелось бы, очевидно, попреснее. Несоответствие вкусам суда — одно из оснований приговора.
Непосредственно далее следует: «Создавая статьи отдельных выпусков и бюллетеня, Стомахин Б.В. использовал такие приемы, как задание заголовка, искажающего смысл следующего за ним материала (в том числе и перепечатываемого из других источников); тематика, касающаяся России как государства, в связи с событиями в Чеченской Республике представлялась читателям как война двух государств — Российской Федерации и Чеченской Республики».
Тут судья Ишмуратова опять недовольна литературными приемами Бориса Стомахина и ставит их ему в вину. И, наконец, говорит относительно главной причины его осуждения. Протест против войны в Чечне — основное содержание и публицистики Бориса Стомахина, и его деятельности. За это он и осужден. Многочисленные судейские ссылки на якобы доказательства лишь рельефнее это подчеркивают. Читаем дальше. «Отражая в своих публикациях сведения, происходящие в стране, связанные с боевыми действиями в Чеченской Республике, а также произошедшие террористические акты на территории России, Стомахин Б.В. одобрял преступников и террористов, действия которых направлены на уничтожение русского народа, как нации. Так, упоминая в бюллетене «Радикальная политика» № 1 (27) за январь 2003 года, лицо, причастное к террористической и экстремистской деятельности Салмана Радуева, Стомахин Б.В. напечатал: «Салман Радуев воевал с Россией до последнего, не идя с убийцами своего народа ни на какие компромиссы. Его жизнь — пример того, как надо воевать с Россией. Салман Радуев — это ярчайшая страница героического чеченского сопротивления. Он был героем поколения, и не только в Чечне, но и в самой России. Его жизнь и смерть — гарантия того, что проклятая имперская Россия будет уничтожена, а чеченцы и все остальные оккупированные ею народы получат наконец свободу. Мы отомстим за тебя, Салман».
На каких основаниях, спрашивается, суд отождествляет русский народ как нацию с имперской Россией? Такое отождествление как раз и унижает русский народ, и впору заводить уголовное дело по ст. 282 УК РФ в отношении самого судьи. И какое отношение имеет вышеприведенный отрывок из публикации Бориса Стомахина к инкриминируемому ему деянию? Ни призывов, ни унижения национального достоинства в отрывке не содержится. Как не содержится и в других цитируемых судом отрывках из публикаций Бориса Стомахина. В приговоре: «В этом же номере бюллетеня в публикации «Чечня заслонила собою Кавказ…», вновь упоминая лиц, причастных к террористической и экстремистской деятельности: Масхадова, Басаева, Хоттаба, Стомахин Б.В., используя выражения и эпитеты, направленные на формирование положительного мнения относительно указанных лиц и их противоправной насильственной деятельности, утверждал: «Басаев, Хаттаб и другие герои чеченского сопротивления, мужественно и твердо встав на пути российской агрессии, фактически спасли независимость и само существование не только Чечни, но и остальных государств Кавказа».
Опять-таки — «утверждал», по выражению суда. Глагол «призывал» в обоснование ст. 280 УК содержится в приговоре лишь два раза. «Так, в публикации «Невменяемость Буданова — залог победы Басаева. Заявление Революционного Контактного Объединения», размещенном в бюллетене № 1 (27) за январь 2003 года, Стомахин Б.В. призывал: «Пусть же десятки новых чеченских снайперов займут свои места на горных склонах и в городских развалинах и сотни, тысячи агрессоров падут от праведных пуль! Никакой пощады! Смерть российским оккупантам!».
Прямого призыва стрелять в российских оккупантов («пусть же») здесь не содержится. Да и стрельба в российских оккупантов совершается и без всяких призывов со стороны российских публицистов. Тут необходимо вспомнить ч. 2 ст. 14 УК РФ: «Не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности».
И если уж приговаривать человека к пяти годам лишения свободы за фразу, то, по крайней мере, суду не следует растворять эту фразу во множестве других, не имеющих отношения к делу. Такое «растворение» носит в приговоре тотальный характер. «В информационном бюллетене № 3 (41) за март 2004 года Стомахин Б.В. на первой странице разместил утверждение: «Зелимхан Яндарбиев погиб как герой и будет вечно в памяти человечества, в памяти историков и благодарных потомков. Он нанес кровавой Русне столько ударов, сколько смог», а также в публикации «Расплата за геноцид»: «Взрыв в московском метро оправдан, естественен и законен… Чеченцы имеют полное моральное право взрывать в России все, что захотят, — после того, что с ними сделала Россия и русские, никакие возражения о гуманизме и человеколюбии не принимаются». И снова, как констатирует суд, — «разместил утверждение». И снова — из приговора: «В текстах публикаций Стомахина Б.В. содержались позитивные установки в отношении взрывов в России, которые устраиваются чеченцами-террористами, а также в отношении действий чеченских снайперов из банд-формирований, убивающих различными способами российских военнослужащих, находящихся на территории Чечни». Опять-таки — «позитивные установки». Именно в утверждениях и установках суд усматривает вину подсудимого.
Из приговора: «Действия России квалифицируются Стомахиным Б.В. как агрессия, российские войска считаются оккупационными, а российские военнослужащие — оккупантами. Соответственно, действия России, российских войск и российских военнослужащих оцениваются отрицательно, при этом также отрицательно оцениваются сама Россия как государство, российская армия как государственная структура и российские военнослужащие как социальная группа. С другой стороны, события в Чеченской республике представлены как война России против чеченского народа. Так в публикации «Из интервью М. Удугова агентству «Кавказ-центр» по поводу акции героических чеченских повстанцев Мовсара Бараева в Москве», напечатанной в информационном бюллетене «Радикальная политика» № 1 (27) за январь 2003 года, Стомахин Б.В. публично оценивал: «Россия наглядно продемонстрировала, что она находится в состоянии войны и подвергается перманентной опасности нанесения ответного удара возмездия из-за того, что ее правители совершили подлую агрессию против суверенного государства и убивают ни в чем не повинных мирных граждан этого государства. Даже западное сообщество вынуждено признать, что путинская Россия ведет войну на физическое истребление чеченцев как этноса». И снова «оцениваются», «оценивал».
И далее: «В информационном бюллетене № 23 (41) за март 2004 года в публикации «Расплата за геноцид» Стомахин Б.В. утверждал: «10 лет нынешняя Российская Федерация и ее народ ведут тотальную, геноцидную, истребительную войну против чеченского народа, насчитывающего до войны всего миллион человек…». Снова «утверждал», и далее — «утверждал», и, для разнообразия, «Стомахин Б.В. указал». Суд неукоснительно придерживается одного метода: перечислить критические оценки подсудимым действий государства и его структур, а затем выдать их, оценки, за преступное деяние, подверстать к статьям УК. Попытки, конечно, бесполезные — с непредвзятой юридической точки зрения. Нет смысла их все здесь приводить. Остановимся на главных, узловых моментах приговора. Глагол «призывал», в обоснование ст. 280 УК, второй раз встречается в приговоре в виде: «В бюллетене «Радикальная политика» № 9 (35) за сентябрь 2003 года Стомахин Б.В. в публикации «Чеченский синдром навыворот» призывал: «Именно кровавое, людоедское зверство этого государства на наших глазах над маленьким и беззащитным горным народом впервые заронило в наше сознание эту мысль: Россия должна быть уничтожена навеки, государство, позволяющее себе устраивать подобное над целыми народами, не должно существовать вообще!». Есть ли здесь призыв к экстремистской деятельности? Во-первых, говорится о мысли, запавшей в сознание. Во-вторых, Россия как государство, а именно об этом и идет речь, может быть уничтожена и без насилия. В-третьих, смысл фразы — в историческом долженствовании, а не в призывах уничтожать.
В приговоре: «В комментариях «От редакции» к Декларации Комитета «2008: Свободный выбор», напечатанном в бюллетене № 2 (40) февраль-март 2004 года на странице 8, Стомахин Б.В. разместил негативные установки в отношении существующего государственного строя и Российского государства: «Мы — РКО и «Радикальная политика» — солидарны с Комитетом и готовы с ним сотрудничать. Разумеется, мы намного радикальнее их. Мы за то, чтобы не ждать до 2008 года и не особенно озабочиваться конституцией, а звать народ свергнуть и ликвидировать путинский режим как можно скорее. И мы вообще не видим возможности сохранения нынешней РФ как единого государства. Но мы за общий фронт со всеми нашими союзниками, даже и более умеренными». Выраженная им, Стомахиным Б.В. в тексте установка на ликвидацию существующего государственного строя («путинского режима») предполагает не только действия в рамках существующей Конституции, но и возможность выхода за эти рамки («свергнуть режим, не особенно озабочиваясь конституцией)». Здесь суд снова подменяет понятия, отождествляет путинский режим с государственным конституционным строем. Хотя уже по самому определению никакой персональный режим не может умещаться в рамки действующей Конституции. Но при этом суд считает преступным «не особенно озабочиваться конституцией» и «предполагать … возможность выхода за эти рамки» со стороны Бориса Стомахина. Кто, чем и до какой степени озабочивается — личное дело каждого. И за предположения у нас, кажется, еще не судят. Или уже судят? Главное, что конституционный строй не должен подменяться путинским режимом, а свергнуть последний не призывается вооруженным путем. Это совершенно недвусмысленно вытекает из следующего фрагмента приговора: «В публикации «Возмездие-2» того же бюллетеня в качестве действий, направленных против государства и существующего в России государственного строя, в текстах «Радикальная политика» Стомахин Б.В. назвал: организацию митингов, посвященных событиям в Чеченской Республике, участие в них (прошлом и настоящем), написание надписей на стенах домов, заборов и автобусных остановках…». О каких же лозунгах идет речь в тексте Бориса Стомахина? Да вполне законных — о бойкоте выборов. «Про писание надписей на стенах домов, заборах и автобусных остановках городов тоже не раз шла уже речь — это дело настолько важное, нужное и полезное, что трудно переоценить. Сегодня, вплоть до самого 14-го, бить можно и нужно в одну точку, упорно и с даром: «Рабы, станьте хоть на миг свободными, не ходите на фальшивые «выборы»! Ограниченный круг революционеров, правозащитников, экстремистов, радикалов и маргиналов не надо агитировать — он уже давно сам знает не первый год. Каждое прямое и открытое обращение во вне, к народу, к не политизированным пожирателям шабалкинско-вешняковской тележвачки — это открытый, мощный удар по режиму, приближающий его (режима) конец». И тут уже сам суд добавляет: «Также Стомахиным Б.В. предполагались и другие формы противоправных действий против государства и государственного строя в текстах бюллетеней, однако они, им, Стомахиным Б.В., не конкретизированы». Итак, суд считает противоправными, направленными против государства и государственного строя такие действия, как гарантируемые ст.ст. 29,31 Конституции РФ реализацию свободы слова и проведение митингов. И каким образом суд догадался, что другие, не конкретизированные Борисом Стомахиным действия — тоже противоправные?
Что же еще вменяется в вину подсудимому? «В текстах бюллетеней «Радикальная политика» Стомахиным Б.В. целенаправленно размещалась информация, побуждающая вести списки таких действий, как «зачистки», «проверки паспортного режима», «контртеррористические операции», «незаконные обыски и политические уголовные дела» — все эти действия квалифицированы Стомахиным Б.В. как «преступления», а лица, совершившие эти действия, обозначены как «палачи в форме» и «стукачи без формы». В частности в публикации «Возмездие-2», бюллетень «Радикальная политика» № 2 (40) за февраль-март 2004 года Стомахин Б.В. давал установку, пропагандировал и призывал: «Надо копить ненависть и вести списки их преступлений, — бесконечный список из всех этих «зачисток», «проверок паспортного режима», «контртеррористических операций», законов-намордников, незаконных обысков и политических уголовных дел. Хорошо бы вести списки и их самих — кто какое село «зачищал» и кто, какого числа, по чьему доносу какое уголовное дело на кого завел. Из опыта истории известно, что больше всего эти гаврики боятся личной, персональной ответственности, которую не удается свалить на начальство, отдавшее преступный приказ. Наступит день — и палачи в форме, и стукачи без формы, в Москве и в Чечне ответят нам за все». Вполне невинное пожелание — вести списки палачей и душителей. И чего суд так взволновался?
Попытки суда обосновать обвинение по ст. 282 УК также не выдерживают критики. В приговоре утверждается: «Во всех своих изданиях информационного бюллетеня «Радикальная политика» Стомахин Б.В. использовал прием для целенаправленной передачи оскорбительных характеристик, отрицательных эмоциональных оценок, негативных установок в отношении какой-либо этнической, расовой, национальной, религиозной, социальной группы. Так, в отношении России, как государства, в текстах «Радикальная политика» содержатся отрицательные эмоциональные оценки (метафоры: «страшная зловонная бездна», «трухлявая колода»), унизительные характеристики («безмерная подлость, вероломство, патологическая лживость») и негативные установки на уничтожение, метафора «умыться кровью», что свидетельствует о ярко выраженной в тексте статьи установки на кровопролитие. В частности, в публикации «Памяти Салмана Радуева», информационный бюллетень «Радикальная политика» № 1 (27) за январь 2003 года Стомахин Б.В. напечатал: «Чеченские герои уходят…, Дудаев, Атгериев, Хаттаб, и вот сегодня — Радуев. Их словно поглощает, проглатывает страшная, черная, зловонная бездна. И имя этой бездне — Россия; безмерная подлость и вероломство России, патологическая лживость и преступность ее как страны, как цивилизации, как субъекта истории». Итак, суд утверждает, что Борис Стомахин оскорбительно отзывается в отношении какой-либо этнической, расовой, национальной, религиозной, социальной группы. И в качестве примера приводит, по самим же словам суда, характеристики подсудимого «в отношении России, как государства». Да и в публикации подсудимого о России говорится как о стране, цивилизации, субъекте истории. На каком основании суд отождествляет государство с какой-либо «этнической, расовой, национальной, религиозной, социальной группой»? Основание, конечно, очевидное — желание осудить обвиняемого. Для чего суд и использует постоянно прием подмены понятий. Выше уже приводился фрагмент приговора, в котором суд пытается представить военнослужащих российской армии как социальную группу. По логике суда и какой-нибудь высокопоставленный генерал генштаба, с превосходным окладом и служебной машиной, имеющий недурную квартиру в центре Москвы, дорогую иномарку, коттедж в ближнем Подмосковье, оказывается в одной социальной группе с новобранцем по призыву из глухой деревушки, где тот трудился трактористом. С новобранцем, избиваемым в казарме «дедами», вечно голодным и мечтающим о новых портянках. Оказывается, достаточно приказа министра обороны, чтобы им оказаться в одной социальной группе. Следуя логике судьи Ишмуратовой, скоро суды начнут объединять в социальные группы по узко профессиональным признакам. И горе тому, кто посмеет дурно отозваться о работе слесарей ЖЭКов! Что Борис Стомахин критически относится именно к армии как, по крайней мере номинальной, государственной структуре, а не к военнослужащим как социальной группе, видно из следующего фрагмента приговора: «Действуя в достижение своего и своих соучастников замысла Стомахин Б.В. в статье «Невменяемость Буданова — залог победы Басаева», опубликованной в бюллетене «Радикальная политика» № 1 (27) за январь 2003 года оскорбляет сотрудников Российской Армии, правоохранительных органов, призывая действовать в отношении их преступным образом. Так, в данной статье Стомахин Б.В. дал отрицательные эмоциональные оценки военнослужащих Российской Армии как социальной группы: «А ведь такими же Будановыми — маньяками, кровожадными садистами, убийцами и выродками в погонах — заполнена сейчас вся Чечня. Именно из таких всех Будановых состоит вся оккупационная российская армия», и разместил информацию, побуждающую к такому действию в отношении военнослужащих российской армии, как требование немедленного принудительного психиатрического освидетельствования командного состава: «Отныне мы должны требовать немедленного принудительного психиатрического освидетельствования всего командного состава Вооруженных сил, ВМФ, Внутренних Войск, погранвойск, милиции, ФСБ, начиная с капитана и заканчивая Верховным Главнокомандующим — В.В. Путиным». Помимо этого, отрицательные эмоциональные оценки военнослужащих Российской Армии давались Стомахиным Б.В. в публикации «Кремлевские мародеры», подписанной «Али Мержо» с пометкой для «для «Кавказ-Центра», напечатанной в бюллетене № 2 (40) за февраль-март 2004 года на странице 4: «В Чечне российская армия перестала существовать как боевая структура государства, окончательно превратившись в осатаневшую банду мародеров и убийц, опьяненную наркотиками свору». И кто бы подсказал суду, что «отрицательные эмоциональные оценки» не составляют преступления, а только унижающие оценки, если они публично выражены — в отношении социальной группы. Впрочем, в данном случае социальная группа как раз отсутствует. Во-первых, почему суд посчитал требование психиатрического освидетельствования преступным, и само психиатрическое освидетельствование преступным, в отношении людей, для которых насилие и санкционирование насилия — часть их работы? Во-вторых, в тексте Стомахина Б.В. дается оценка не всей российской армии, а только ее части — оккупационных войск в Чечне. И с какой боевой единицы начинается социальная группа — с отделения, роты, дивизии, армейской группировки? Не говоря уже о том, что у Бориса Стомахина речь идет о «боевой структуре государства» и отрицательные высказывания сделаны именно в отношении этой структуры. Кстати, составляют ли преступники социальную группу и можно ли их ругать?
Суд утверждает: «Стомахин Б.В., издавая и распространяя информационный бюллетень «Радикальная политика», действовал с умыслом создания вражды и конфликтов, в том числе вооруженных, возникающих на национальной, расовой и религиозной почве между гражданами, проживающими в евроазиатской части страны и народом, проживающим в кавказской ее части». Суд даже не подозревает, что Кавказ находится не в Африке или Америке, а кавказская часть страны также ее евроазиатская часть. И, кстати, другой, не евроазиатской части страны, африканской или американской, в России пока нет. И все-таки с умыслом создания вражды между кем и кем конкретно действовал Борис Стомахин? И на самом Кавказе, и в других частях страны проживают граждане разных национальностей и вероисповеданий. К примеру, русские живут и в Москве, и в Грозном, а чеченцы и в Грозном, и в Москве. К примеру, и православных, и мусульман можно встретить и на Кавказе, и в Подмосковье. Впрочем, суд сам проговаривается, что Борис Стомахин имел умысел создать уже существующие конфликты. Странная судейская логика…
Странна судейская логика, если это вообще логика, и в других местах приговора. Приведем лишь наиболее яркие из них, где суд хотя бы пытается придать видимость доказательности своим обвинениям. «Так Стомахин Б.В. реализуя цель массового распространения информационного бюллетеня «Радикальная политика», при неустановленных следствием обстоятельствах, действуя лично и через неустановленных следствием лиц, передал информационный бюллетень «Радикальная политика» № 1 (27) и № 2 (35) за 2003 год гражданке Лавровой В.А., которая, ознакомившись с содержанием печатного издания «Радикальная политика», была оскорблена изложенными сообщениями, являющихся аналогичными по своей сути, цели и содержанию, а статью «Православные совсем охренели…» опубликованную в бюллетене «Радикальная политика» за № 1 (27) январь 2003 года, восприняла как унижающую и оскорбляющую всех граждан, исповедующих православие. Стомахин Б.В. в данном материале использовал заголовок с отрицательной эмоциональной оценкой граждан, исповедующих православие («охренели»), вместе с тем, содержание материала статьи не соответствует его заглавию — в этом материале речь идет о единичном случае (содержащемся в брошюре «основы православия» утверждении «Иисуса Христа распяли не евреи, а чеченцы»), который с помощью заголовка обобщен и представлен как типичный для православных».
Итак, неведомым для следствия путем в руки гражданки Лавровой В.А. попадают два номера бюллетеня, и она оскорбляется содержащимися в них сообщениями. В изложении суда не понятно, чему сообщения аналогичны и какова таинственная связь между сутью, целью и содержанием. Суд, считая оскорбительными по религиозному и национальному признакам статьи обвиняемого, приводит в доказательство заголовок одной статьи — «Православные совсем охренели». Действительно, заголовок не слишком удачен. Вместе с тем понятно, что у автора речь идет не обо всех православных, а именно о тех, которые позволяют себе обвинять чеченцев в распятии Христа. Суд сам признает это, указывая, что «содержание материала статьи не соответствует его заглавию».
Характерно, что суд не обратил должного юридического внимания на фразу «Иисуса Христа распяли не евреи, а чеченцы», без сомнения оскорбительную и разжигающую национальную и религиозную вражду.
Другой эпизод из приговора. «Также Стомахин Б.В., примерно в 13 часов 23 февраля 2004 года. Реализуя свой преступный умысел, находясь по адресу: город Москва, Лубянская площадь, возле Соловецкого камня, на не санкционированным в соответствии с действующим законодательством митинге, организованными неформальными политическими партиями, движениями и объединениями, в том числе членами РКО, посвященному 60-летию депортации чечено-ингушского народа, вместе с иными активными неформальных радикальных партий и объединений, в том числе членами РКО, пользуясь освещением данного события в средствах массовой информации, призывал граждан к поддержке его, Стомахина Б.В. движения, путем открытой демонстрации плакатов с содержанием текстов национальной нетерпимости, таких как: «Закаев не террорист, в отличии от Путина и К», «Европа! Не предай чеченское сопротивление», «Русские оккупанты — вон из Чечни!», «Когда будет освобожден и реабилитирован чеченский народ?», и флага «RADICAL PARTY» («РАДИКАЛ ПАТИ»).
Здесь целый букет абсурдных обвинений. Ссылаясь на законодательство, суд называет митинг несанкционированным. Но в соответствии с законодательством принят уведомительный, а не разрешительный порядок проведения митингов и демонстраций (в том числе и на 23.2.2004). Нет такого понятия в законодательстве, как «несанкционированный митинг». Это лишний раз подчеркивает уровень юридической квалификации суда. Далее, что криминального, разжигающего национальную нетерпимость в перечисленных лозунгах? Тем более каким образом флаг Радикальной партии демонстрирует национальную нетерпимость? И, наконец, какой именно плакат демонстрировал обвиняемый? Или он ухитрился демонстрировать их все? К тому же и флаг держал в руках? Об этом в приговоре ни слова.
В соответствии с ч. 1 ст. 5 (Принцип вины) УК РФ «Лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина». В соответствии со ст. 297 (Законность, обоснованность и справедливость приговора) УПК РФ «Приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым».
Доказательств вины Стомахина Б.В. в приговоре не содержится. Есть лишь попытки изобразить такие доказательства судом, как это видно из всего вышеизложенного. Многочисленные рассуждения суда о намерениях обвиняемого, не подтвержденные доказательствами обвинения, список оскорбившихся текстами обвиняемого граждан, цитирование положений закона «О противодействии экстремистской деятельности», заключение «психолого-лингвистической экспертизы» — все это ничего в общей картине не меняет.
Необходимы следующие выводы.
В отношении Бориса Владимировича Стомахина вынесен обвинительный приговор в нарушение ст.ст. 29, 31 Конституции РФ; ст.ст. 5, 14 УК РФ; ст.ст. 14, 297, 302 УПК РФ.
Вынесенный обвинительный приговор Борису Владимировичу Стомахину нарушает его права человека и гражданина.
Приговор Борису Стомахину судом политически мотивирован, и Борис Стомахин является политзаключенным.
Борис Стомахин должен быть освобожден.
Вынося обвинительный приговор Борису Стомахину, судья Ишмуратова Л.Ю. не могла не осознавать, что руководствуется политическими мотивами, нарушает права обвиняемого и положения законодательства РФ.
В соответствии со ст. 305 УК РФ за вынесение заведомо неправосудного приговора судья Ишмуратова Л.Ю. должна быть привлечена к уголовной ответственности.
29.4.2008
